Российская фундаментальная наука оказалась в сложной ситуации: несмотря на масштабные вливания бюджетных средств, зависимость исследовательских центров от зарубежных технологий остается пугающе высокой. Такие выводы сделаны в ходе масштабной проверки Счетной палаты, которая проанализило, насколько эффективно государство тратило деньги на обновление приборной базы ведущих научных институтов в период с 2021 по 2024 годы.
Речь идет о реализации амбициозного национального проекта «Развитие инфраструктуры для научных исследований и подготовки кадров». Согласно президентскому указу от 2018 года, к 2024 году необходимо было обновить как минимум половину парка оборудования в ключевых исследовательских организациях страны. Для этого ученым выделялись гранты в форме субмудий. Цифры впечатляют: за четыре года на эти цели было направлено более 54,5 миллиардов рублей. При этом основная часть — 46,691 миллиарда рублей — поступила напрямую из федерального бюджета, а остальные 7,894 миллиарда рублей были привлечены из внебюджетных источников.
География и масштаб программы также внушительны. Гранты получили 218 ведущих организаций, охватив 38 регионов России. Ежегодно поддержка охватывала чуть более 12% от общего числа профильных НИИ. Распределение средств было крайне неравномерным: Минобрнауки рассчитывало размер субсидии, опираясь на количество сотрудников, их научную активность и текущую оснащенность. В результате разброс сумр был колоссальным — от скромных 4,3 млн рублей для Института Российской истории РАН до гигантских 1,497 млрд рублей, полученных МГУ им. М.В. Ломоносова.
Однако за красивыми цифрами финансирования скрывается системная проблема. Аудиторы обнаружили «слепулою зону» в технологическом суверенитете: порядка 118 наименований критически важного научного оборудования не производятся ни в России, ни даже в дружественных нам странах. Это подтвердили Минпромторг и Росстандарт. При этом эксперты подчеркивают: компетенции для создания таких приборов в России есть, но они не используются в полной мере. В связи с этим Счетная палата дала четкую рекомендацию: необходимо включать разработку подобного уникального оборудования в государственные задания для наших научных институтов.
Если взглянуть на структуру закупок, картина распределения поставщиков выглядит следующим образом:
Лидирует отечественный производитель — на российское оборудование пришлось 35,4% всех закупок (18,6 млрд рублей). На втором месте Китай с долей 24,1% (12,7 млрд рублей). Дальше идут США (9,2% или 4,8 млрд рублей), Германия (8,1% или 4,2 млрд рублей) и Япония (4,9% или 2,5 млрд рублей). При этом более половины всего закупленного парка (51,5%) предназначено для узкоспециализированных задач: измерений, испытаний и навигации.
Наметился ли прогресс в импортозамещении? В отдельных случаях успехи есть. Например, в Физическом институте им. П. Н. Лебедева (ФИАН) доля импорта заметно сократилась — с 77,2% в 2021 году до 58,5% в 2024-м. В Институте проблем экологии и эволюции им. А.Н. Северцова произошел настоящий прорыв: доля зарубежной техники упала с 66,4% до 23,9%. Однако в Институте биоорганической химии РАН ситуация практически не изменилась, застыв на уровне 78,8%. В целом по всем ключевым организациям общая динамика крайне вялая: доля импорта снизилась всего на два пункта — с 61,9% до 59,3%.
Подводя итог, Счетная палата признает: федеральное финансирование действительно помогло обновить техническую базу и создало положительную динамику. Но есть и серьезные претензии к управлению процессом. Главная проблема — отсутствие контроля. Минобрнауки, по мнению аудиторов, не обеспечило должного мониторинга программ. В отчете указано, что из-за путаницы в формулировках и отсутствии четких методик расчета результатов невозможно объективно понять, насколько эффективен каждый конкретный проект и грант. Проще говоря, государство вкладывает огромные деньги, но не может точно измерить отдачу от каждой вложенной копейки.
